Доходный дом Карзинкина в Столешниковом: 125 лет витрин напротив Гиляровского

Фото в шапке: 1912. Автомобиль Brasier на углу Петровки и Столешникова, поездка Южно-Русского автомобильного клуба в Москву pastvu.com

Профессор Малов, Баратынский и Пушкин

Нынешний дом стоит на месте маленьких домиков начала XIX века. В 1806–1811 годах здесь жил юрист Николай Сандунов, профессор Московского университета и брат актёра Силы Сандунова, чьим именем названы бани. Биограф писал о нём, что он «служил оракулом города Москвы для вопрошающих о правосудии».

После пожара 1812 года участок на десятилетия разделился на два владения. Небольшим двухэтажным домом на месте части нынешнего здания владел профессор университета Михаил Малов. В середине июля 1826 года этот дом на год нанял, как записано в документе, «отставной прапорщик Евгений Абрамов сын Баратынский». Поэт только что женился на Анастасии Энгельгардт.

8 сентября 1826 года в Москву из михайловской ссылки привезли Пушкина. Осенью старые друзья по петербургскому «союзу поэтов» встретились здесь, в доме Малова, впервые за много лет. 29 октября 1826 года Пушкин читал в этом доме «Бориса Годунова», так датирует чтение справочник Л. А. Черейского «Пушкин и его окружение». В 1827 году «Бал» Баратынского и «Граф Нулин» Пушкина вышли под одной обложкой.

Соседний дом, нынешний 12-й, тогда снимала канцелярия московского обер-полицмейстера. В январе 1827 года сюда вызывали Пушкина давать показания о строках из элегии «Андрей Шенье», ходивших по рукам. Этот дом снесли в 1997 году.

Хозяин дома прославился иначе. Малова студенты считали грубым и недалёким профессором, а в 1831 году выгнали его из аудитории. Герцен, один из зачинщиков, описал эту «маловскую историю» в «Былом и думах»: профессор бросил студентам «Вы выражаете ваши мысли, как лошади, ногами», и аудитория проводила его до улицы. Среди участников москвовед С. К. Романюк называет и Лермонтова. Малова вскоре уволили из университета.

Лукутины, куры и трактир для извозчиков

В 1836 году оба владения снова оказались в одних руках. Участком несколько десятилетий владели купцы Лукутины; Романюк связывает их с династией, из которой вышел основатель лакового промысла в подмосковном Федоскине.

К концу века здесь стоял маленький двухэтажный дом, а в нём трактир с постоялым двором для извозчиков. За домом лежал большой пустырь, заросший травой. Гиляровский в очерке «Трактиры» называет его самым центральным из извозчичьих трактиров Москвы: он стоял в Столешниковом, «где теперь высится дом No 6 и где прежде ходили стада кур и большой рыжий дворовый пес Цезарь сидел у ворот и не пускал оборванцев во двор».

В каждом таком трактире был зал для извозчиков с «катком», длинным столом с едой. Арендатор «катка» платил трактирщику большие деньги и старался кормить лучше соседей, чтобы извозчики говорили: «Едем в Столешников. Лучше „катка“ нет!» Гиляровский объясняет и причину: «там очень уж сомовина жирна и ситнички всегда горячие».

Номер в цитате не опечатка. До 1922 года Столешников шёл только от Петровки до Большой Дмитровки, а продолжение к Тверской называлось Космодамианским переулком. В 1922 году оба переулка объединили и пересчитали дома от Тверской площади. Нынешний дом 14 по старой нумерации был домом 6. Справочники 1920-х годов ещё пользовались старыми номерами, отсюда путаница с жильцами и заведениями, о которой ниже.

Карзинкины и легенда о «Неравном браке»

К 1900 году участок перешёл к купцам Карзинкиным. Семья торговала чаем, а в 1857 году Андрей Александрович Карзинкин вместе с дядей и петербургским купцом Игумновым купил у наследников Саввы Яковлева Ярославскую Большую мануфактуру.

С Андреем Александровичем связана самая известная легенда семьи. В 1860 году он венчался в церкви Трёх Святителей на Кулишках с дочерью богородского купца Софьей Рыбниковой. В неё был влюблён молодой купец Сергей Варенцов, друг художника Василия Пукирева, и ему пришлось стоять на свадьбе шафером. Через два года Пукирев написал «Неравный брак».

Журнал «Родина» в 2023 году разобрал, насколько картина похожа на жизнь. Жених в жизни был старше невесты на 13 лет, а не дряхлым стариком. Голову старика, по семейному свидетельству Варенцовых, писали с их повара, а шафером на холсте художник изобразил самого себя. Поэтому слова «жених с картины» про Карзинкина остаются красивой версией, а не фактом.

Дети от этого брака и получили доходы от дома в Столешниковом. Сын Александр Андреевич (1863–1931) был нумизматом, членом совета Третьяковской галереи, после революции работал в Историческом музее. Дочь Елена Андреевна (1861–1943) училась живописи у Поленова и вышла замуж за писателя Николая Телешова, хозяина литературных «Телешовских сред».

Дом вошёл в справочники как доходный дом А. А. Карзинкина. Инициалы подходят и отцу, Андрею Александровичу, и сыну, Александру Андреевичу. По данным краеведа Дмитрия Линдера, доход шёл сначала отцу, а после его смерти в 1906 году детям.

Дом 1900 года и хор строителей

Проект составил Василий Барков (1852–1905), выпускник Московского училища живописи, ваяния и зодчества и Академии художеств. Краеведы называют его семейным архитектором Карзинкиных и Телешовых. Справочник «Зодчие Москвы» (1998) датирует дом в Столешниковом 1900 годом, в других справочниках стоят 1900–1901 годы. Стиль дома эклектика, хотя в Москве уже строили в модерне. На фасаде лепные наличники, треугольные сандрики над окнами и вертикальные лепные вставки, первый этаж с самого начала отдан под магазины.

Секретарь Гиляровского Николай Морозов вспоминал стройку. На пустырь навезли доски, брёвна, кирпич и камень, и работа закипела. По вечерам строители ужинали и садились на траву петь русские песни. Хор пел без регента и без спевок, но, по словам Морозова, ни один голос не фальшивил.

Гиляровский жил напротив, в доме 9, и часто выходил послушать на свой балкон. В молодости он сам тянул баржи с бурлацкой артелью и, слушая, говорил: «На Волге, бывало, так певали». Однажды он предложил позвать на этот «спектакль» Шаляпина.

С датой есть расхождение. В ЕГРН годом постройки здания записан 1892-й, хотя все исторические источники, от реестра до проекта «Последний адрес», называют конец 1890-х или 1900 год и архитектора Баркова. Расходится и этажность: историки описывают четырёхэтажный дом, а в ЕГРН у здания пять этажей и подвал. Когда появился верхний этаж, по открытым источникам установить не удалось.

Тенор, архитектор, изобретатель звукового кино и королева романса

В новых доходных домах Столешникова, по справочникам, селились люди свободных профессий и торговые служащие с хорошими доходами. До революции здесь жил тенор Большого театра Александр Додонов (1837–1914). Он держал школу пения и написал «Руководство к правильной постановке голоса и изучению искусства пения».

Жил здесь и архитектор Капитолий Дулин, автор здания Хлебной биржи в Гавриковом переулке, где теперь театр «Модерн». Википедия со ссылкой на справочник «Вся Москва» на 1916 год относит Дулина к усадьбе Кожиных, дому 6. Но это старая нумерация: домом 6 тогда был нынешний 14-й.

Долгие годы здесь жил изобретатель Павел Тагер (1903–1971). Он разработал систему звукового кино «Тагефон» и в марте 1928 года показал публике первую «говорящую фильму». 1 июня 1931 года в Большом зале консерватории прошла премьера «Путёвки в жизнь», первого советского звукового полнометражного игрового фильма. Фонограмму записали по системе Тагера.

Первый советский звуковой игровой фильм заговорил по системе человека, который жил над витринами Столешникова.

Романюк называет среди жильцов и певицу Изабеллу Юрьеву. В рассказах об истории романса «Только раз» композитор Борис Фомин несёт новую вещь «в Столешников переулок к Изабелле Юрьевой», правда, номер дома в этих пересказах не назван.

Были и страшные годы. По данным проекта «Последний адрес», восемь жильцов дома расстреляли во время Большого террора. 22 апреля 2018 года на фасаде установили два знака: заместителю председателя Всесоюзной торговой палаты, расстрелянной в 1937 году, и снабженцу научного института, арестованному в 1938-м и умершему в лагере в 1942 году. Коммунальные квартиры в доме, по наблюдению Линдера, сохранялись до начала 1990-х годов.

Что продавали в витринах дома

Первый этаж дома с самого начала отдали под магазины, как почти везде в Столешниковом. В посудном магазине «Торгового дома В. Бодри», по сведениям Романюка, бывал Чехов: он закупал здесь посуду и другие вещи для ялтинского дома.

Советский Столешников знали по книгам. Романюк пишет, что сюда со всей Москвы ехали за пирожными, хорошими винами и редкими книгами. В доме 14 работал «Букинист» на двух этажах, наверху был отдел искусства с альбомами и гравюрами. Правее, за подъездом, был ювелирный магазин, к которому, по воспоминаниям москвичей, выстраивались длинные очереди.

Линдер пишет, что в ювелирном магазине в 1970-е годы по талонам продавали обручальные кольца. Это свидетельство старожилов, документа мы не нашли.

Столешники: скатерти, церковь и соседи

Переулок назван по слободе XVII века. По распространённой версии в ней жили ткачи, делавшие столешники, то есть скатерти. Романюк пишет о столярах, которых тоже звали столешниками. Раньше улицу называли Рождественской, по церкви Рождества Богородицы в Столешниках на углу Петровки. Каменный храм построили в начале 1650-х годов, шатровую колокольню в 1702 году.

В 1925 году храм отреставрировали, а через год «Вечерняя Москва» напечатала заметку «Церковь, которую надо снести». Разборку закончили 15 сентября 1927 года. В 1997 году на месте храма поставили небольшую часовню по проекту А. Н. Оболенского.

На нечётной стороне, напротив дома 14, стоят памятники. Дом 7 с винным магазином Леве построил в 1903 году А. Э. Эрихсон. В доме 9 с 1889 по 1935 год жил Гиляровский, а всего в Столешниковом он прожил почти полвека. В 2017 году во дворе дома 9 открылся Центр Гиляровского, филиал Музея Москвы. Дом 11 в 1883 году построил для другой ветви Карзинкиных архитектор И. С. Богомолов. На углу Петровки в 1902 году открылась гостиница «Марсель», где перед революцией жил Вертинский.

Путеводители часто называют «домом Карзинкина» и дом 9, где жил Гиляровский. Романюк называет его владельцем москвоведа Д. Н. Никифорова, а Карзинкиным, по его данным, в переулке принадлежали дома 11 и 14.

Гиляровский собирался написать о переулке и не успел. В его набросках осталась одна чёткая фраза:

«Столешников переулок. В нем, как в капле воды солнышко, отражается жизнь города. Надо бы его сохранить».

«Густые сливки», «Красный мак» и «Яма»

В августе 1926 года журнал «Строительство Москвы» писал об одностороннем движении на узких улицах: «первый опыт уже сделан в Столешниковом переулке». На участке от Большой Дмитровки к Советской площади ездить разрешили только в одну сторону.

В 1920-е годы в переулке было кафе, которое в воспоминаниях называют «Густые сливки», «Битые сливки» и «Сбитые сливки». По Катаеву, туда водили своих девушек Маяковский и Евгений Петров. Проект «Последний адрес» поместил кафе в дом 14. Комментаторы «Алмазного моего венца» нашли его в справочнике «Вся Москва» на 1927 год по адресу Столешников, 10, то есть по старой нумерации. Сейчас это дом 18 у Петровки, туда же помещает кафе и Романюк.

После сноса церкви на углу Петровки образовалась маленькая площадь. В 1930-е годы там открылось летнее кафе «Красный мак» с портиком, через два дома от дома Карзинкиных. Журнал «Строительство Москвы» в 1937 году хвалил место: из кафе можно было смотреть на оживлённую Петровку и Столешников, сидя в тени.

В советские десятилетия переулок держался на магазинах. В доме 11 был кондитерский «Торты», в доме 7 фирменный винный магазин, в доме 13 «Подарки». На углу Пушкинской улицы, как тогда называлась Большая Дмитровка, с 1960-х до 1990-х работал пивной бар «Ладья», которую вся Москва звала «Ямой».

Пешеходная зона и самая дорогая улица

Сделать переулок пешеходным предлагали ещё в 1970-е годы. В 1979 году отдел перспективных исследований Института Генплана под руководством Алексея Гутнова выпустил предложение по реконструкции квартала у Столешникова. 18 декабря 1990 года исполком Моссовета решил создать пешеходную зону «Столешников переулок», а в июне 1996 года правительство Москвы постановило реконструировать вторую очередь, дома 10/18 и 12.

Пешеходную зону от Петровки до Большой Дмитровки открыли к 850-летию Москвы в 1997 году. Перед приездом президента снесли дом 12 с канцелярией обер-полицмейстера, где допрашивали Пушкина. В том же году снесли дом 16 с керамической плиткой на фасаде, позже на месте дома 18 и углового дома по Петровке встала гостиница. На всех этих местах теперь новые здания. По наблюдению Линдера, дом 14 остался последним подлинным старым домом на чётной стороне между Петровкой и Большой Дмитровкой.

Дорогие марки пришли в переулок в начале 1990-х. В 1993 году здесь открылись магазин итальянской обуви Crocus и первый в России магазин Levi's компании «ДжамильКо». Она и заселила чётную сторону: в 1998 году открыла бутик Dior, а в декабре 2000 года в новом доме 12 первый в России бутик Hermès. В 2008 году консультанты Jones Lang LaSalle поставили Столешников на второе место среди самых дорогих торговых улиц Европы, сразу после Елисейских Полей.

В 2012 году переулок стал пешеходным целиком, и парковку у магазинов запретили. В 2018 году РБК писал, что люксовые марки начали уезжать: без машин покупателей стало меньше, а аренда была зафиксирована в валюте. В первом полугодии 2024 года, по данным CORE.XP, на иностранные марки приходилось 37 % торговых точек переулка, меньше всего за шесть лет. В первом полугодии 2025 года, по данным CMWP, пустовала треть торговых помещений. В марте 2026 года «Коммерсантъ» нашёл в отчётности российской компании Dior план вернуться в Столешников и ГУМ с 1 января 2028 года.

Памятник или нет

Дома 14 нет в реестре объектов культурного наследия: мы проверили открытый набор data.mos.ru по адресу, по кадастровому номеру здания и по точке на карте (релиз 28 сентября 2026 года). Почти все дома напротив памятники: дом 7 Леве регионального значения, усадьба в доме 9 федерального, квартира Гиляровского в нём же и дом 11 регионального.

Зато дом стоит в двух зонах охраны. Это объединённая охранная зона памятников истории и культуры и зона регулирования застройки (набор 613 data.mos.ru, релиз 22 сентября 2026 года). В ЕГРН здание записано нежилым, с кирпичными стенами, пятью этажами и подвалом.

Открытый набор почти не содержит выявленных объектов наследия и объектов археологии. Поэтому для сделки статус подтверждаем выпиской ЕГРН и запросом в Департамент культурного наследия.

Что это значит для покупателя или арендатора

Дом Карзинкиных 125 лет работает так, как задумали хозяева: внизу торговля, наверху помещения на сдачу. Покупателю или арендатору здесь стоит заранее проверить три вещи.

Зоны охраны. Дом не памятник, поэтому планировку внутри меняют без согласования с ДКН. Но по статье 34 закона 73-ФЗ в охранной зоне строительство запрещено, кроме мер по сохранению и восстановлению исторической среды, а в зоне регулирования застройки ограничено. Ремонт и реконструкция без изменения параметров здания допускаются (пункт 2.1 той же статьи в редакции закона от 26.12.2024 № 485-ФЗ). Надстройку, пристройку или новую витрину на фасаде обсуждаем до задатка.

ЕГРН и история расходятся. В ЕГРН год постройки 1892-й и пять этажей, у историков 1900 год и четыре этажа. Для банка и страховщика важны данные ЕГРН. Границы помещения, этаж и назначение мы сверяем по выписке, а не по описанию в объявлении.

Пешеходный переулок. Машину к входу не подогнать, парковки в переулке нет. Магазину или шоуруму нужно заранее понять, как будет устроен завоз товара. Зато переулок пешеходный от Петровки до Тверской площади, и покупатели идут мимо витрин пешком.

Цены и площади в тексте статьи мы не пишем, они меняются. Актуальные предложения ниже.