Доходный дом Мальцева на Новой Басманной, 31: на месте пансиона, где учился Достоевский

Фото в шапке: 1888. Новая Басманная от Разгуляя, снимок из альбома Н Wikimedia Commons, общественное достояние

Капитанская слобода, ставшая Басманной

Имя району дала дворцовая Басманная слобода за Земляным валом. Чем занимались басманники, спорят до сих пор. По одной версии, они пекли для дворца «басманы», хлебы установленного веса с рельефным клеймом, которые раздавали служилым людям в счёт жалованья. По другой, это были мастера басмы, тиснения по тонким листам серебра и меди для окладов икон. «Узнай Москву» считает вторую версию более вероятной.

Новая Басманная моложе Старой. Вскоре после 1638 года севернее огородов Вознесенского монастыря отвели землю под слободу офицеров полков нового строя, среди которых было много иностранцев. Слободу и улицу называли Капитанской. Пётр I ездил по ней из Кремля в Немецкую слободу и Лефортово. Имя «Новая Басманная» закрепилось около 1730 года, тогда же соседняя Басманная стала Старой.

В 1812 году улица выгорела: по данным «Узнай Москву», на ней осталось 12 обгоревших каменных домов. Отстраивалась она усадьбами, а к началу XX века доходными домами. С 1918 по 1924 год улица носила имя улицы Коммуны. О слободах и улицах вокруг мы подробно писали в статье о Басманном районе.

Пансион Чермака и братья Достоевские

В первой половине XIX века на месте нынешнего дома стоял деревянный дом княгини Н. П. Касаткиной-Ростовской. Его снимал Леонтий Иванович Чермак под частный пансион для мальчиков, открытый, по данным Википедии, в 1819 году. По словам Андрея Достоевского, пансион просуществовал больше 25 лет.

Адрес точно описал Андрей Достоевский, младший брат писателя, который сам учился у Чермака. В «Воспоминаниях» он пишет, что пансион

«помещался на Новой Басманной, в доме бывшем княгини Касаткиной, возле Басманной Полицейской части, напротив Московского сиротского дома».

Фёдор и Михаил Достоевские учились здесь с 1834 по 1837 год, до отъезда в Петербург. Андрей поступил в пансион в августе 1837 года. Уроки начинались в восемь утра, при доме был тенистый сад. Закон Божий преподавал священник Лебедев из Петропавловской церкви на той же улице. По словам Андрея, он венчал родителей Достоевских и хоронил их мать. В Петров день 1839 года Андрей узнал в пансионе о смерти отца.

Среди преподавателей пансиона С. К. Романюк называет Грановского, Перевощикова, Брашмана и Давыдова, среди учеников Геннади, Калачова, Шренка и Шумахера. В конце 1840-х годов Чермак закрыл пансион и, как пишет Андрей Достоевский, умер в бедности.

Деревянный дом не сохранился. «Узнай Москву» пишет, что братья Достоевские учились здесь в 1834–1837 годах, и это верно для Фёдора и Михаила, Андрей пришёл позже. Зато через дорогу стоит дом, «напротив» которого был пансион: усадьба Демидова, в конце 1820-х годов купленная под Сиротский дом, а с 1870-х годов Басманная больница.

Чей был участок до доходного дома

После пансиона участок не раз менял хозяев. Краеведы проекта «Истории жителей Басманного района» выяснили, что в 1852 году место числилось за титулярным советником Бахчеевым, а с 1878 года им владели купцы Крестовоздвиженские и П. О. Красавин. По справочникам «Вся Москва», за ними участок оставался до 1912 года.

Романюк добавляет, что до постройки нынешнего дома здесь жил юрист Рудольф Минцлов, член окружного суда в Рязани и юрисконсульт частной железной дороги. По субботам у него собирался кружок, в который входили С. А. Муромцев, будущий председатель Первой Государственной думы, экономист И. Н. Янжул, А. Н. Веселовский, В. И. Танеев и А. И. Урусов. Библиотека хозяина насчитывала 15 тысяч томов. Его сын Сергей Минцлов вырос в коллекционера, библиографа и писателя.

В 1904–1905 годах по Новой Басманной прокладывали трамвайные пути. На снимке этого времени по правой стороне улицы видны каланча Басманной части и невысокие дома перед ней. Через несколько лет их место занял семиэтажный доходный дом.

Доходный дом купца Мальцева

В 1913 году участок перешёл к Михаилу Александровичу Мальцеву. В справочниках «Вся Москва» его фамилия записана как Мальцов, в литературе и в реестре памятников закрепилось написание «Мальцев». Купеческое свидетельство второй гильдии он получил в 1892 году, держал типографию и писчебумажную торговлю на Маросейке, в доме Хвощинского.

На чётной стороне улицы у Мальцева уже был доходный дом. Здание № 28 в стиле модерн, с масками на фасаде, построил для него в 1905 году архитектор Николай Жерихов. В 2023 году ДКН включил его в реестр как памятник регионального значения. Сам владелец, по данным краеведов, жил там же, напротив своей новой стройки.

Автором нового дома на нечётной стороне М. В. Нащокина и С. К. Романюк называют Николая Благовещенского (1867–1926). Больше всего он строил в Москве учебных зданий, а Нащокина ставит доходный дом Мальцева в число его главных работ, рядом с торговым домом Трёхгорной мануфактуры и училищным домом Бахрушина. О последнем мы писали отдельно: училищный дом Бахрушина на Смоленском бульваре.

С датами источники расходятся. В списке построек Благовещенского по Нащокиной значится «надстройка доходного дома» в 1912–1913 годах, Романюк пишет о новом большом доме тех же лет. В ЕГРН годом постройки стоит 1914-й. Краеведы, изучавшие поэтажные планы, считают, что дом возвели с нуля в 1914–1915 годах, и версию о надстройке отвергают.

По их описанию, уличный корпус получил семь этажей и два подъезда. Во дворе, на месте полукруга старых служб, в 1915 году появился второй корпус, по Романюку, по проекту Н. И. Жерихова. Сейчас это строение 3. Квартиры в обоих корпусах пронумерованы подряд, на строения дом разделили позже, при межевании. За Мальцевым дом оставался до 1917 года.

Коммуналки, магазин «Молоко» и бомбоубежище

После революции оба корпуса перешли к жилищному товариществу и Северной железной дороге. В 1925 году в них жили 1 020 человек. Квартиры стали коммунальными, и часть коммуналок, по рассказам жильцов, сохранилась до сих пор.

На первом этаже с самого начала были торговые помещения, в подвалах склады. Старожилы помнят здесь магазин «Молоко», потом мужскую одежду, позже кафе. Полуподземный этаж когда-то был жилым, затем его переоборудовали в бомбоубежище. Между домом и Басманной частью стояла пристройка с красным уголком, во дворе работала мастерская художника. От дореволюционной отделки остались декор арки и ворота на старых петлях, а в бывшей комнате прислуги соседи однажды нашли клад дореволюционных денег.

Не обошли дом и репрессии. По базе «Открытый список», в сентябре 1935 года арестовали жильца квартиры 8, инкассатора Бауманской страхкассы, и Особое совещание при НКВД запретило ему жить в ряде регионов страны.

В 1933 году у соседнего дома № 33 висела вывеска Сталинского районного совета, так подписан снимок из Госкаталога. На фотографии 1947 года из книги П. В. Сытина дом № 31 виден в ряду высоких фасадов нечётной стороны, а перед ним дома № 35 и 33.

Церковь Петра и Павла со шпилем

В полукилометре от дома, ближе к Садовому кольцу, на Новой Басманной, 11, стоит церковь Петра и Павла, приходская для Капитанской слободы. Деревянный храм здесь поставили в 1695 году. Каменный, по данным ДКН, строили с 1705 по 1719 год по указу Петра I и на пожалованные им деньги; «Узнай Москву» даёт 1708–1723 годы, реестр памятников 1704–1723 годы. Стройку начали до указа 1714 года, запретившего каменное строительство в Москве, и Сенат разрешил её закончить. ДКН называет легендой рассказ о том, что царь сам участвовал в чертежах. Справочник «Азбука», напротив, пишет, что рисунок храма Пётр прислал из Преображенского. Архитектором называют Ивана Зарудного, хотя часть исследователей выводит его участие только из стиля.

Храм и колокольня 1745 года увенчаны шпилями, и церковь похожа на лютеранскую кирху. ДКН называет её редким образцом петровского барокко. В 1935 году храм закрыли и отдали под склад областной милиции, в 1959 году его разделили на кабинеты для института геофизических методов разведки. Верующим церковь вернули в 1992 году. Во время реставрации, которую ДКН вёл в 2021–2023 годах, в верхнем храме раскрыли живопись первой половины XVIII века. Церковь входит в число памятников федерального значения.

С домом № 31 церковь связывает пансион. Её священник Лебедев учил мальчиков Чермака Закону Божьему, а задолго до того венчал родителей Достоевских.

Дом Демидова и Басманная часть

Ближе всего, через дорогу, дом Демидова. Каменную усадьбу раннего классицизма построил в конце XVIII века Никита Никитич Демидов, реестр датирует её 1790 годом. Имя архитектора не сохранилось, авторство Казакова остаётся предположением. В 1805 году дом купил князь Михаил Голицын, а в конце 1820-х годов, после его разорения, владение приобрели для Сиротского дома. Потом здесь работала Басманная больница: реестр называет 1873 год, «Москвич Mag» 1876-й. Больницу закрыли в 2015 году, и в 2020 году «Архнадзор» оценивал состояние памятника как аварийное.

Западнее дома № 31 стоит Басманная полицейская часть, памятник федерального значения «Басманная часть, 1782 г.». В комплекс входят здание части с каланчой, которая видна на всех старых снимках улицы, и арестный дом, строение 3. Именно «возле Басманной Полицейской части» помнил пансион Чермака Андрей Достоевский.

Арестный дом сейчас стоит в запустении. В 88 метрах от дома № 31 сохранился деревянный дом Перовских начала XIX века, тоже федеральный памятник. По сведениям журнала «Московское наследие», до пожара 1812 года на его месте был дом адмирала Николая Мордвинова, где квартировал Николай Карамзин.

Чаадаев, басманный философ

В 170 метрах от дома № 31, на Новой Басманной, 20, сохранилась городская усадьба Е. Г. Левашевой. Левашовы купили её в 1831 году у графини Шуваловой и перестроили. С тех времён остались два одноэтажных флигеля, а главный дом в XX веке почти полностью перестроили. В одном из флигелей с 1833 года жил Пётр Яковлевич Чаадаев, у него была квартира из трёх комнат. По понедельникам у Чаадаева собирался салон, а прозвище «басманный философ» он получил по улице.

В 1836 году журнал «Телескоп» напечатал первое из его «Философических писем». Журнал закрыли, а автора официально объявили сумасшедшим, и эту новость Чаадаев получил на Басманной. В том же флигеле он написал «Апологию сумасшедшего» и умер 14 (26) апреля 1856 года. Памятник регионального значения называется по-музейному подробно: «Городская усадьба Е. Г. Левашевой, XVIII–XIX вв. Здесь в 1833–1856 гг. жил, работал и умер философ П. Я. Чаадаев».

Разгуляй и Вторая гимназия

В трёхстах метрах к востоку Новая Басманная выходит на Разгуляй. Площадь названа по кабаку «Разгуляй», для московской топонимики история обычная. Угол площади занимает дворец графа Алексея Мусина-Пушкина, собирателя древностей. Участком владели Яков Брюс, затем генерал-аншеф Д. А. Шепелев, а к Мусину-Пушкину усадьба перешла через жену, княжну Е. А. Волконскую, которой её завещала тётка. Авторство М. Ф. Казакова для ансамбля 1790–1800 годов традиционно, но документами не подтверждено.

В 1812 году дворец уцелел, а библиотека сгорела, и с ней единственная рукопись «Слова о полку Игореве». В 1835 году город купил усадьбу для Второй московской гимназии. После Лебедева Закон Божий в пансионе Чермака вёл законоучитель этой гимназии Богданов. С 1943 года здание занимает Московский инженерно-строительный институт, нынешний МГСУ. Дворец, федеральный памятник, в плохом состоянии, и в 2024 году арбитражный суд обязал провести его реставрацию за 18 месяцев.

Не памятник, но в охранной зоне

Дома № 31 нет в реестре объектов культурного наследия. В открытом наборе ДКН на портале data.mos.ru (релиз 28 сентября 2026 года) он не найден ни по адресу, ни по кадастровому номеру 77:01:0003018:1021, а точка дома лежит вне контуров памятников. Выявленным объектом он, судя по доступным спискам, тоже не значился. По закону Москвы от 13 ноября 2024 года № 24 выявленные объекты, по которым до 1 июля 2025 года не приняли решения о включении в реестр, подлежат исключению из перечня, поэтому охрану в квартале теперь задают реестр и зоны.

Дом стоит в объединённой охранной зоне памятников истории и культуры, установленной для 84 объектов, и в зоне регулирования застройки. Конкретные требования к высоте, линии застройки и фасадам задаёт документ об утверждении зоны, для сделки его сверяем с ЕГРН.

Через дорогу, в 38 метрах, стоит доходный дом Мальцева № 28, памятник регионального значения с 2023 года. Своих зон охраны в открытом наборе у него нет. В таком случае по статье 34.1 закона № 73-ФЗ вокруг памятника действует защитная зона: 100 метров от границ его территории, а если территория не утверждена, 200 метров от внешней стены. В защитной зоне запрещены строительство и реконструкция с изменением высоты, этажности и площади зданий. Распространяется ли она на дом № 31, проверяем по выписке ЕГРН.

В ЕГРН здание записано как многоквартирный дом 1914 года постройки с кирпичными стенами, на участке 77:01:0003018:7. Кадастровый номер ему присвоили в 2012 году как ранее учтённому объекту.

Что это значит для арендатора и покупателя

Дом не памятник, поэтому ремонт внутри помещения не требует согласований с ДКН. Несколько вещей всё же стоит проверить заранее.

Многоквартирный дом. По статье 36 Жилищного кодекса наружные стены и крыша входят в общее имущество собственников. Передать его часть в пользование, например под вывеску или крыльцо, можно по решению общего собрания. Если отдельный вход уменьшает общее имущество, нужно согласие всех собственников.

Охранная зона и фасад. Витрины, новые проёмы и вывески на историческом фасаде сверяем с режимом объединённой охранной зоны и с городскими правилами размещения вывесок до подписания договора.

Расхождения в данных. Источники датируют дом от 1912 до 1915 года, а этажность в справочниках и на картах указана по-разному. Помещение сверяем по кадастровому номеру и поэтажному плану, а не по адресу и описанию.

До «Бауманской» и «Комсомольской» около километра пешком, рядом Разгуляй с корпусами МГСУ. Цены и площади в тексте статьи мы не пишем, они меняются. Актуальные предложения ниже.