Романов переулок, 4: доходный дом Шереметева, где 21 год прожил Тимирязев

Фото в шапке: 1925. Двор домов преподавателей 1-го МГУ во владении № 2–4 по Шереметевскому переулку pastvu.com

Почему переулок называется Романовым

Переулок назван по двору бояр Романовых. По данным Института археологии РАН, в 1603 году из ссылки сюда вернулся Иван Никитич Романов, дядя будущего царя Михаила Фёдоровича. После него здесь жил его бездетный сын Никита Иванович, двоюродный брат царя. Двор занимал почти всю чётную сторону переулка, ворота выходили на Большую Никитскую, а каменные палаты боярина стояли вдоль переулка, так описывает усадьбу краевед Сергей Романюк.

Никита Романов умер в 1654 году, и двор отошёл в казну. Царь Алексей Михайлович указал ведать его в Оружейной палате «для пушечных и иных разных дел» (по другим данным, двор отошёл Пушкарскому приказу). Здесь построили палаты, где была сложена «всякая ружейная бронь», тут же пристреливали пищали, а две палаты отвели придворным живописцам. С середины 1680-х годов работа на дворе затихла, в 1687 году оружейные запасы вывезли. Северную часть поделили на мелкие участки, их получили священники кремлёвских соборов и приказные люди. Южная часть с церковью Знамения в конце XVII века досталась боярину Льву Нарышкину, дяде Петра I, он и построил нынешний каменный храм.

Имя пережило хозяев. В 1764 году «Московские ведомости» сообщали, что «живущий в Романовых палатах учитель» принимает учеников для обучения французскому, немецкому и арифметике. Сам переулок за три века сменил полдюжины названий: Никитский, Хитров, Разумовский, перед революцией Шереметевский, а с 1920 года улица Грановского, в честь историка. Историческое имя вернули в начале 1990-х годов. На табличке на углу стоит 1994 год, в справочниках встречаются 1992 и 1993.

Опричный двор, печи XVI века и медные деньги под бизнес-центром

С кварталом связано одно из самых мрачных московских преданий: здесь будто бы стоял Опричный двор Ивана Грозного. Его остатки годами «находили» в подвалах университета, и в Институте археологии РАН эти находки прямо называют фантазиями. Настоящие раскопки начались в 1996 году, когда во дворах старого здания университета на Моховой начали строить «Романов двор».

Экспедиция Николая Кренке работала здесь до 2002 года, в том числе зимой, в отапливаемых павильонах, а весь культурный слой пропускали через металлоискатель. Под будущим бизнес-центром нашли остатки сельского поселения XII–XIII веков со следами вспашки, руины надворных печей XVI века, которые археологи связывают с Опричным двором, и слой пожара с медными монетами, заготовками и инструментами Нового дворцового денежного двора начала 1660-х годов. Это время медных денег царя Алексея Михайловича, их обесценивание закончилось Медным бунтом 1662 года.

Часть находок осталась в здании. В холле первой очереди «Романова двора» устроили экспозицию о монетном деле. Печь XVI века, найденную при рытье котлована второй очереди, разобрали и собрали заново там же, где нашли, теперь она стоит в атриуме.

В 2020-е годы археологи вернулись в переулок, на соседнюю стройку у церкви Знамения, где реконструируют корпуса больницы Управления делами Президента. В июне 2025 года здесь нашли свинцовую печать с Георгием Победоносцем и надписью «Печать князя Великого Ивана Васильевича». По словам мэра, это первая великокняжеская печать, найденная в Москве, а всего за несколько лет раскопок собрали больше трёх тысяч предметов. В августе 2025 года главный археолог Москвы Леонид Кондрашев сказал, что Опричный двор в Романовом переулке найден «с большой долей вероятности».

Шереметев двор и доходные дома графа

В середине XVIII века нарышкинская усадьба с церковью Знамения перешла к графу Кириллу Разумовскому, а его сын Алексей её продал. Купчую с графом Николаем Петровичем Шереметевым заключили 30 июля 1800 года, дом ушёл за 400 тысяч рублей вместе с частью мебели. Шереметевы владели участками по обе стороны переулка до 1917 года, отсюда «Шереметев двор» и Шереметевский переулок.

Сами графы здесь постоянно не жили. По акту историко-культурной экспертизы 2022 года, помещения сдавали внаём гражданским и военным чинам, и владение работало как доходное задолго до первых доходных домов. С 1863 по 1891 год в главном доме заседала Московская городская дума, с начала 1890-х годов его занял Охотничий клуб. В 1896 году, на время коронации Николая II, во дворце разместилось французское посольство, а в сентябре 1898 года на репетиции «Чайки» в клубе познакомились Антон Чехов и Ольга Книппер.

В 1871 году, после раздела состояния Дмитрия Николаевича Шереметева, владение отошло его младшему сыну Александру Дмитриевичу, будущему начальнику Придворной певческой капеллы. При нём усадьба обросла доходными домами. В 1877 году поставили трёхэтажный дом по Воздвиженке, а в 1882–1883 годах на месте П-образного служебного флигеля 1770-х годов построили два четырёхэтажных доходных дома по проекту архитектора Василия Белокрыльцева. Один встал по красной линии Шереметевского переулка и сохранил часть стен старого флигеля, второй протянулся вдоль северной границы владения. Фасады обоих решили одинаково, в формах эклектики 1880-х годов. Во дворовом корпусе, напротив апсид церкви Знамения, и находится квартира Тимирязева.

Даты в источниках расходятся. Акт экспертизы называет 1882–1883 годы, Романюк пишет о постройке «в 1880–1895 гг.», музей называет дом постройкой 1895 года, а в ЕГРН у строения 2 записан 1875 год. Мы опираемся на акт экспертизы: в нём история владения расписана по годам.

Профессорский двор у Никитской

Тимирязеву, по словам директора музея-квартиры Натальи Зайцевой, этот адрес был удобен: рядом университет, Политехнический и Исторический музеи, где он читал публичные лекции, Высшие женские курсы. Соседями по дому были профессора университета и консерватории, адвокаты, издатели. По Романюку, в доме № 2 квартиру нанимал композитор Антон Аренский, жили зоолог Михаил Мензбир, геологи Алексей и Мария Павловы и сам Тимирязев.

Около 1900 года архитектор университета Константин Быковский построил по красной линии переулка, ближе к Никитской, четырёхэтажный дом для служащих Императорского Московского университета, нынешний дом № 4. В ЕГРН у этого здания записан 1899 год. Здесь, по Романюку, жили географ Александр Борзов, биохимик Владимир Гулевич, физик Григорий Ландсберг, литературовед Николай Гудзий, физиолог Михаил Шатерников, зоолог Сергей Огнев.

После революции переулок стал улицей Грановского, а оба владения остались жильём для преподавателей университета: так подписан снимок 1925 года из собрания музея, на котором видны двор и корпуса доходных домов. Даже квартира Тимирязева после его смерти стала коммунальной: кроме вдовы и сына в ней поселились новые жильцы.

Боярский двор, где пристреливали пищали, через двести лет стал двором профессорских квартир, а ещё через сто лет деловым кварталом.

Тимирязев в Шереметевском переулке

Климент Тимирязев, профессор Московского университета и Петровской академии, прожил в Шереметевском переулке 33 года, с 1887 года до смерти. Отсюда разница в датах: в названии памятника стоит 1887 год, а музей и мемориальная доска называют 1899-й. По рассказу журнала AD, первые двенадцать лет учёный жил по соседству, в квартире на третьем этаже. Когда стало болеть сердце, он перебрался на первый этаж дворового дома, в квартиру № 29, и прожил в ней с 1899 по 1920 год.

Квартира сдавалась вместе с проверенной прислугой за тысячу рублей в год. Хозяин был человеком обеспеченным, а обстановка осталась скромной. Самое нарядное в ней резные шкафчики из абрамцевских мастерских, самое дорогое два позолоченных стула из соломки, заказанные в Англии для игры на рояле. Рояль «Беккер» 1843 года стоит в гостиной до сих пор, Тимирязев играл на нём в четыре руки с женой Александрой Алексеевной.

Гостями дома, по словам директора музея, бывали Исаак Левитан, Василий Поленов, Аполлинарий Васнецов, Максим Горький, Владимир Короленко, Лев Толстой, композитор Сергей Танеев. Тимирязев сам хорошо фотографировал: в 1894 году он стал одним из основателей Русского фотографического общества, а рамка с 19 его фотоэтюдами получила серебряную медаль на Нижегородской выставке 1896 года. Церковь Знамения он снимал прямо из окна.

В 1918 году учёный попросил Совнарком взять под охрану свою библиотеку в шесть тысяч томов и получил охранную грамоту Наркомпроса. Тимирязев умер в этой квартире 28 апреля 1920 года, ВЦИК постановил похоронить его за государственный счёт. В 1946 году на доме появилась мемориальная доска из белого мрамора работы скульптора В. В. Мясникова с датами 1899–1920.

Как квартира стала музеем

После смерти учёного посетителей пускали только к библиотеке в кабинете, остальная квартира жила своей жизнью. С началом войны сын, физик Аркадий Тимирязев, попросил передать кабинет и библиотеку отца Биологическому музею имени Тимирязева. 5 декабря 1941 года рядом с домом взорвались шесть фугасных бомб и выбили все стёкла. Исполняющая обязанности директора Биологического музея Е. В. Полосатова забила окна фанерой и так сохранила вещи и архив.

26 мая 1942 года постановлением Наркомпроса РСФСР № 299 открыли музей-кабинет как филиал Биологического музея. В 1946 году его передали Сельскохозяйственной академии имени Тимирязева, а в 1955 году, после смерти Аркадия Климентьевича, мемориальной стала вся квартира. С 1960 года она под государственной охраной как памятник, тогда её адрес был: улица Грановского, 2, квартира 29.

Сейчас в фондах музея 29 000 единиц хранения. Это 3 896 книг из библиотеки учёного, 3 850 фотографий Климента и Аркадия Тимирязевых, 129 предметов мебели и больше 15 тысяч архивных документов. Среди книг посмертное издание Ван Гельмонта 1648 года и прижизненные издания Сенебье и Ингенхауза XVIII века. Все вещи подлинные, по словам музея, время здесь остановилось в 1920 году. В углу кабинета стоит этажерка, которую хозяин заказал под одиннадцатое издание «Британники», купленное в 1911 году.

Три очереди «Романова двора»

Деловой квартал строили в три очереди по проектам мастерской «Попов и архитекторы» Олега Попова. Первую сделали в 1996–1998 годах из дома служащих университета Быковского. До реконструкции это был четырёхэтажный жилой дом без подвала. Фасадные стены сохранили, надстроенные этажи сложили из кирпича разобранных внутренних стен, полезная площадь выросла вдвое, а на плоских крышах, по словам архитекторов, разбили первые в Москве кровельные газоны.

Вторая очередь 2001–2005 годов встала во дворе журфака МГУ, вплотную к первой: дома разделяет щель от 6 до 12 метров, к соседу новое здание повёрнуто стеклянной стеной, вытянутой дугой. Архитектурный критик Николай Малинин в 2004 году описывал семиэтажный дом, который производит впечатление пятиэтажного, медный карниз, мраморную пирамиду над подземным бассейном и кинотеатр в нижних уровнях.

Третья очередь 2011–2014 годов пришла на место доходных домов Шереметева. По словам Натальи Зайцевой, когда дом отдали под бизнес-центр, руководство Тимирязевской академии велело музею переезжать в Петровско-Разумовское, а это означало конец мемориальной квартиры. Тогдашний директор музея Алексей Дручек уговорил владельцев бизнес-центра квартиру сохранить, и они слово сдержали.

Старый дом, по рассказу AD, разобрали по кирпичику, не тронув квартиру, и выстроили новое здание вокруг неё. Музей теперь единственная сохранившаяся часть доходного дома Шереметева. Архитекторы повторили рисунок прежнего фасада, а первый этаж раскрыли на площадь перед церковью Знамения. Третью очередь открыли 12 декабря 2014 года.

От доходного дома Шереметева осталась одна квартира на первом этаже. Всё остальное построено заново вокруг неё.

Дом маршалов стоит через переулок

«Маршальский» дом Шереметева, о котором пишут чаще всего, это соседний дом № 3 на нечётной стороне. Его тоже строил граф Александр Шереметев: ансамбль доходных домов 1895–1898 годов спроектировал Александр Мейснер, «придворный» архитектор семьи. С 1920-х годов это 5-й Дом Советов. По «Узнай Москву» и «Российской газете», здесь жили маршалы Будённый, Ворошилов, Жуков, Конев, Рокоссовский, Малиновский, Тимошенко, Чуйков, нарком Молотов, Фрунзе, Хрущёв. 17 января 1928 года из квартиры № 62а здесь вынесли на руках Льва Троцкого, высланного в Алма-Ату.

Мемориальные доски военачальникам и наркомам висят на доме № 3, это региональный памятник, ЕГРОКН 771720973450005. На доме № 4 доска одна, Тимирязеву. Путать дома легко: в советское время оба значились по улице Грановского и стояли друг напротив друга, а напротив дома № 3, на углу с Воздвиженкой, работала Кремлёвская больница.

Что охраняется в здании

Памятник в здании по реестру один, сама квартира. Это объект культурного наследия федерального значения «Квартира, в которой с 1887 г. жил и в 1920 г. умер Тимирязев Климент Аркадьевич…», ЕГРОКН 772311382820006. Под охрану квартиру взяли постановлением Совмина РСФСР от 30 августа 1960 года № 1327, в реестр внесли приказом Росохранкультуры от 27 января 2011 года № 1-Р, границы территории утвердили постановлением Правительства Москвы от 22 июня 2010 года № 523-ПП.

В предмет охраны по приказу 2011 года входят местоположение музея, вход в подъезд с кованым козырьком, лестничная клетка первого этажа с чугунным ограждением, оконные и дверные проёмы, виды из окон, перегородки, перекрытия и капитальные стены квартиры, карнизы, обои, двери, паркет, печи и само назначение мемориального музея. Здание бизнес-центра отдельной записью в реестре не значится.

В ЕГРН строение 2 записано одним нежилым зданием в 10 этажей, из них 3 подземных, с монолитными стенами и годом постройки 1875, и в карточке здания указан номер памятника. Вокруг действуют зона регулирования застройки и режим квартала № 41. Рядом стоят и другие памятники: церковь Знамения на Шереметевом дворе и дом Разумовского федерального значения, здание Кремлёвской больницы и 5-й Дом Советов регионального.

Что это значит для арендатора помещения в доме с квартирой-памятником

Памятник здесь занимает одну квартиру, остальное здание построено в 2000–2010-х годах как бизнес-центр. Арендатору это даёт обычный офисный быт, но несколько вещей стоит проверить заранее.

Обязанности по памятнику лежат на его владельце. По пункту 11 статьи 47.6 закона № 73-ФЗ охранное обязательство выполняет собственник памятника или учреждение, за которым он закреплён, даже если объект передан другим лицам по договору. Работы в границах территории памятника, утверждённых в 2010 году, идут только с согласованным органом охраны разделом об обеспечении сохранности (пункт 2 статьи 36). Если отделка или инженерия помещения затрагивает конструкции рядом с квартирой-музеем, мы до подписания договора выясняем у арендодателя, не попадают ли работы в эти границы.

ЕГРН и описание здания расходятся. В кадастре строение 2 записано одним зданием 1875 года постройки с номером памятника в карточке, хотя почти весь объём новый. Поэтому смотрим запись о самом помещении: его кадастровый номер, назначение, этаж, и кто вправе сдавать его в аренду.

Вывески и фасад. Здание стоит в зоне регулирования застройки в историческом квартале, и любые изменения фасада и вывески согласуются отдельно. Если арендатору нужна вывеска со стороны переулка, это выясняем до задатка.

Цены и площади в тексте статьи мы не пишем, они меняются. Актуальные предложения ниже.